Девочка без имени. 5 лет моей жизни в джунглях среди обезьян - Марина Чапман

– Ни один из клиентов тебя не хочет! – кричала она. – Ни один! От тебя никакого прока! Я зря потратила на тебя деньги! Из-за тебя две мои лучшие девушки погибли! От тебя только проблемы – мне и всем в этой деревне! Ты никому не нужна, и все хотят, чтобы ты поскорее исчезла! Поэтому сейчас ты умрешь!

Лезвие ножа блестело в солнечных лучах. Анна-Кармен всегда обращалась со мной чересчур жестоко. Судя по ее поведению, она была психически неуравновешенной, но в тот момент мне показалось, что она просто сошла с ума.

– Я могу уйти, – пыталась произнести я, но не смогла из-за кляпа.

Анна-Кармен смотрела на меня помутневшими от бешенства глазами и продолжала кричать, как помешанная:

– У тебя нет родителей! У тебя в этом мире вообще никого нет. Никто не заплачет, если ты исчезнешь. И никто не будет задавать никаких вопросов. Тебя можно убить легко и безнаказанно.

Скрючившись у ее ног, я описалась от страха. Анна-Кармен этого даже не заметила. Ее глаза блуждали. Все ее внимание было сосредоточено на ноже и на том, куда именно его в меня воткнуть.

Я сучила ногами по мокрому от собственной мочи полу и пыталась что-то произнести. Но из-под кляпа раздавалось только мычание. Я не знала, в чем провинилась, но все равно пыталась выдавить из себя слово «прости», в надежде, что она пощадит меня.

Анна-Кармен посмотрела мне в глаза и занесла нож для смертельного удара. В этот момент послышался скрип двери и громкий мужской голос. Это был Руфино. Тот самый Руфино, который досаждал мне своим храпом и на которого я вывалила стакан льда из морозилки. Он меня спас. Анна-Кармен замерла с ножом в руках, Руфино еще раз ей что-то крикнул, и она отбросила оружие.

Руфино поднял меня на ноги и развязал. Пока они с Анной-Кармен громко спорили, я убежала в сад и спряталась.

– А ну-ка, немедленно возвращайся! – раздался голос Руфино. – Убери ту гадость, которую ты за собой оставила!

Дрожа всем телом, я вернулась на веранду, схватила швабру и начала вытирать мокрое пятно. Я так сильно дрожала, что швабра выпадала у меня из рук.

– Идиотка, ты даже убрать за собой не в состоянии! – орал на меня Руфино, и его голос, казалось, проникал до самых моих костей. – Возьми швабру как следует и уберись так, чтобы все было чисто!

Он грубо схватил Анну-Кармен за локоть и увел в дом. Я продолжала вытирать пол, задыхаясь от рыданий. Только через несколько часов я перестала дрожать и смогла успокоиться.

Я так и не знаю, что произошло в тот день. Возможно, у Анны-Кармен случился приступ психического заболевания, от которого она страдала. Хотя мне кажется, что она хладнокровно планировала меня убить. Вероятно, прежде у нее не было возможности это сделать. В тот день никого не было дома, и она решила привести свой план в действие. Да и Руфино, скорее всего, пощадил меня только потому, что подумал о последствиях моего убийства для себя и Анны-Кармен. Может, он просто не знал, что потом делать с моим телом.

Тем не менее даже после этого случая у меня не возникло желания убежать из дома Анны-Кармен. Вспоминая эти события, я поражаюсь, как глупо тогда себя вела. Почему я не убежала в ту ночь? Меня парализовал страх, я решила, что какой судьбе быть, такой не миновать. И осталась.

Больше Анна-Кармен меня не трогала. Я держалась от нее подальше, в постоянном страхе ожидая, что в ее глазах снова появится то странное, сумасшедшее выражение, которое я увидела, когда она хотела меня убить. Руфино никуда не уезжал и тоже, видимо, за ней внимательно следил. Я задумывалась о побеге, но страх парализовал мою волю. Несмотря на опыт лет, проведенных в джунглях, я боялась жизни на улице больше, чем у Анны-Кармен. Я не представляла, куда могу убежать и как буду добывать себе еду.

Однажды к вечеру раздался стук в дверь. Влажный и жаркий день подходил к концу, солнце садилось. Дверь из-за жары не закрывали. Я увидела, что дверной проем закрыла огромная фигура высокого мужчины.

– А, Серджио! Заходи! – приветливо сказала Анна-Кармен. – Как твои дела? Добро пожаловать.

Мужчина был одет в костюм с галстуком. На улице его ждало такси.

Я занималась уборкой на кухне и прислушивалась к их разговору.

– Мне нужна самая молодая девочка, – сказал Серджио. – Кого можешь предложить?

Он вынул из кармана большой складной нож, а потом достал толстую пачку денег. Я знала, что самым молодым девушкам в заведении Анны-Кармен было лет четырнадцать. Хотя я была младше (мне было около одиннадцати), я не видела поводов для беспокойства. Ведь Анна-Кармен сама говорила, что я никому не нравлюсь. Клиенты никогда меня не выбирали.

Анна-Кармен что-то тихо сказала мужчине и показала на меня. Мужчина повернулся ко мне. Я попятилась и спряталась за дверью. Но было уже поздно – мужчина меня заметил, рассмотрел, и на его губах появилась улыбка.

– Не волнуйся, – услышала я голос Анны-Кармен, отвечавшей на вопрос, который мне не удалось расслышать. – Ты помани ее пакетом чипсов, и она сядет к тебе в машину.

Я оцепенела от ужаса, схватившись за дверную ручку, которую должна была протереть. Вот и настала моя очередь. Я так долго пыталась гнать от себя мысль, что это рано или поздно произойдет, но сейчас происходило именно это. По улыбке мужчины я поняла, что я его устраиваю. Очень скоро я стану «мясом», и он будет делать из меня сосиски.

Я выскочила из-за двери и бросилась в одну из комнат. Там стояло несколько кроватей. Сначала я спряталась под ближайшей, потом залезла под среднюю и, наконец, забилась под самую дальнюю. Я слышала, как Анна-Кармен говорила, что мне нравятся чипсы, и она сейчас их принесет. Она даст мужчине чипсы, тот выманит меня из-под кровати и увезет. Анна-Кармен считала, что я покорно пойду за мужчиной, если он пообещает мне чипсы.

Я увидела, как две пары ног направились в сторону кухни. Я мысленно поблагодарила женщину, которая предупреждала меня о том, что этот страшный день настанет. Я вспомнила ее совет: «Беги, Глория, беги. Беги как можно быстрее».

И тогда я поняла, что это моя последняя возможность. Я не знала, куда бежать и что со мной будет. Но я должна как можно быстрее исчезнуть из этого дома.

Я вылезла из-под кровати и бросилась к открытой двери, ведущей на улицу.

XXI

Я бежала так быстро, как никогда в жизни не бегала. Меня подгонял страх. Я не оборачивалась, чтобы посмотреть, преследуют меня или нет. Я слишком боялась, что меня догонят и поймают.

Мне кажется, что я бежала несколько часов. Стемнело, наступила ночь, и мои ноги подкашивались от усталости. Я не знала, какое расстояние преодолела, в какую сторону направляюсь и где нахожусь. Я давно оставила позади пыльные улицы Лома де Боливар и оказалась в каком-то более крупном городе. Там было гораздо больше машин, на перекрестках толпилось много людей, магазины сияли освещенными витринами, и отовсюду слышалась музыка и голоса. Я никогда не была в этих местах и поняла, что добежала до центра Кукуты.